Византия

 

Византийская (Восточная Римская) империя со времени своего образования в IV веке являлась центром сложных международных отношений и очень рано, обгоняя другие страны Европы, создала весьма искусную и даже изощренную дипломатию. Используя традиции поздней Римской империи, Византия сумела уже в ранний период своей истории создать разветвленную дипломатическую систему, привлечь на службу образованных и знающих людей. Византийский дипломат, купец, миссионер обычно действовали сообща и выполняли важные дипломатические функции. Они неустанно собирали в интересах своего правительства ценные сведения о многих государствах и народах. На основе этих наблюдений рождались интересные описания как соседних с Византией держав, так и отдаленных экзотических стран.

Одним из важнейших направлений византийской дипломатии и внешнеполитической деятельности в эпоху Великого переселения народов стал контроль над ситуацией в степных, предгорных и горных районах Северного Кавказа от Танаиса (Нижнего Дона) и Меотиды (Азовское море) до Каспия. Сменявшие здесь друг друга кочевые сообщества представляли непосредственную опасность для границ империи. В этой связи одним из принципов византийской политики в регионе было поддержание розни и провоцирование конфликтов между разными племенами.

Одновременно империя была заинтересована и в союзе со степняками, так как вплоть до середины VII века главным противником ее в борьбе за влияние на Кавказе являлся Сасанидский Иран. Сравнительно рано в сферу политических интересов империи попали также и области расселения алан, что объяснялось их чрезвычайно важным стратегическим положением в центральной части Кавказа.

Система союзов, заключавшихся с представителями варварского мира, укреплялась политикой христианизации.

Примерно в середине VII века в центре политических комбинаций империи в регионе оказался Хазарский каганат - союзник в противостоянии арабской экспансии на Кавказе и соперник в борьбе за влияние в регионе одновременно.

Взаимное ослабление главных соперников Византии в итоге более чем вековых арабо-хазарских войн, крушение Хазарии после военных поражений от дружин древнерусских князей и освобождение государственных образований Северо-Восточного Кавказа от арабского владычества способствовали активизации политики империи в регионе в X-XII веках. В это время главным политическим союзником Византии на Кавказе являлась Алания, восстановившая свою независимость в связи с ослаблением и распадом Хазарского каганата. Постоянным для византийской политики в регионе в этот период стало и вмешательство в дела Тмутараканского княжества - форпоста Древней Руси.

Активная политика Византии в регионе продолжалась до начала XIII века. После того, как в 1204 году крестоносцы взяли Константинополь, империя временно прекратила свое существование. В 1262 году она была восстановлена, однако ни о какой действенной политике ромейской державы на Кавказе уже не могло быть и речи.

 

Поддержание розни и провоцирование конфликтов между племенами кочевников, которые сменяли друг друга в степях региона стало одним из основных принципов политики Византии в период Великого переселения народов.

Так, когда в первой половине и середине V в. в Паннонии и степях Северного Причерноморья безраздельно господствовали гунны Аттилы, создававшие постоянную угрозу безопасности ромейской державы, в междуречье Дона и Волги обитали племена акациров, занимавшиеся скотоводством и охотой. Византийская дипломатия рассматривала последних как противовес европейским гуннам. Византийский историк и дипломат V в. Приск Панийский описал действенные методы империи по отношению к этим северным варварам: "У этого народа акациров было много вождей по племенам и родам; император Феодосий II (408-450) посылал им дары для того, чтобы они по взаимному отношению отказались от союза с Аттилой и предпочли союз с римлянами. Но посланный с дарами роздал их не по порядку каждому из правителей народа, так что Куридах, старший по власти, получил дары вторым и, как обиженный и лишенный принадлежавших ему даров, призвал Аттилу против своих соправителей". Аттила был настолько встревожен этим известием, что повернул против акациров большое войско, выступившее было к границам Византии. Часть изменивших акацирских вождей была перебита, других заставили покориться. Хотя Куридах уцелел и остался во главе своего племени, начальником над акацирами и другими племенами Аттила поставил в 448 г. своего старшего сына Эллака. Независимо от того, была ли ошибка посла преднамеренной или нет, империя, натравив одних кочевников на других, временно обезопасила свои границы.

О том, что именно с акацирами империя поддерживала дружественные связи свидетельствуют события 463 г., когда в Константинополь явилось посольство от сарагур, урогов и оногур и сообщило, что они покинули свою страну, будучи изгнаны савирами, а эти последние, в свою очередь, были прогнаны аварами, бежавшими от некоего народа, обитавшего на берегах океана. Это посольство сообщило также, что сарагуры покорили акацир, с которыми, как указывалось выше, империя поддерживала дружеские связи и теперь желают вместо них быть союзниками империи.

Пришедшие во второй половине V в. в степи Северо-Восточного Предкавказья из-за Волги савиры разгромили сарагур и заняли их место. Они рассматривались Византией не только как противовес гуннским племенам Северного Причерноморья, но и как сила, способная оказать действенную помощь империи в борьбе с Сасанидами. Территория их расселения соприкасалась и с владениями Ирана, и с областями обитания алан, входивших в сферу политических интересов Византии. Савиры были многочисленны, подразделялись на множество самостоятельных колен, вожди которых находились в дружественных отношениях одни с императором ромеев, другие с персидским шахом. В середине VI в. наметилось сближение савир и алан.

С конца V - начала VI в. главенствующее положение в союзе болгарских племен заняли утигуры и кутригуры. Первые обитали в степях Восточного Приазовья, вторые кочевали в Северном Причерноморье. Границей между ними служил Танаис (Дон). Кутригуры своими набегами постоянно тревожили балканские провинции Византии. В 551 г., переправившись через Дунай, 12 тысяч кутригур во главе с Хиниалоном - "человеком исключительно хорошо знающим военное дело" - начали грабить и опустошать византийские области. Не располагая силами для их отражения, император Юстиниан обратился к правителям гуннов-утигур. Он упрекал их в том, что они не выполняют своих обязательств и не противодействуют разорению союзников. Он ловко разжигал жадность варваров, указывая, что кутригуры, получая ежегодно большие дары от Византии и постоянно грабя византийские области, вовсе не думают делиться своей добычей с утигурами, так что последним нет решительно никакой выгоды их поддерживать. Само собой разумеется, что все эти доводы сопровождались более внушительными аргументами в виде подарков и обещаний еще больших даров.

Собрав большое войско, в состав которого вошли 2000 союзных им готов-тетракситов, утигуры в 552/553 г. разбили кутригур, основные силы которых грабили в это время придунайские области империи. Забрав в качестве рабов жен и детей побежденных, утигуры вернулись домой. Тысячи византийских пленников, находившиеся в рабстве у кутригур, воспользовавшись этим разгромом, беспрепятственно бежали на родину. Ромеи сами поспешили уведомить Хиниалона о случившемся и, предложив ему большие деньги, уговорили немедленно вернуться в свою страну. По мирному договору кутригуры выговорили себе право, в случае невозможности вернуть родную землю, поселиться в пределах Византии, с обязательством защищать границу империи от вторжений других варваров. Ввиду этого условия две тысячи кутригур вместе с женами и детьми явились в Византию и получили земли во Фракии.

Слухи о предоставлении кутригурам земли во Фракии привели вождя утигуров Сандилха в сильное негодование. Его послы, направленные в Византию, устно, "как это бывает у самых варварских народов", - говоря словами Прокопия Кесарийского, упрекали императора в том, что он поверил кутригурам и поручил волкам охранять стадо, что побежденные враги получили в империи положение лучше своих победителей. Прокопий так передает их слова: "Живем мы в хижинах в стране пустынной и во всех отношениях бесплодной, а этим кутригурам дается возможность наедаться хлебом, они имеют полную возможность напиваться допьяна вином и выбирать себе всякие приправы. Конечно, они могут и в банях мыться, золотом сияют эти бродяги, есть у них тонкие одеяния, разноцветные и украшенные золотом. А ведь эти же кутригуры в прежние времена обращали в рабство бесчисленное количество римлян и уводили их в свои земли. Этим преступникам не казалось, между прочим, недопустимым делом требовать от них рабских услуг: они считали вполне естественным бить их бичами, даже если бы они ни в чем не провинились, и даже подвергать смерти, одним словом, применять к ним все, на что дает право господину-варвару его характер и полная его воля".

Эта речь, вложенная Прокопием в уста утигурских послов, а, может быть, документально воспроизведенная по записям дипломатического архива византийского двора, как нельзя лучше обрисовывает мечты варваров, влачащих жалкое существование в бесплодной степи. Наедаться хлебом, пить вино, одеваться в яркие одежды, носить золотые украшения и даже мыться в бане - вот жизнь, лучше которой и быть не может. Богатыми дарами император утешил утигур, они успокоились и остались послушными Византии.

В 559 г. при аналогичных обстоятельствах утигуры опять выступили на стороне Византии против кутригур. Орда кутригур, вместе с которыми историки Феофан и Кедрин называют славян, перейдя по льду Дунай, вторглась в пределы Византии и, разделившись на три отряда, начала опустошения и грабежи. Юстиниан вновь обратился к вождю утигур Сандилху, всеми способами подстрекая его воевать против вождя кутригур Завергана. Он обещал ему передать жалование, которое Византия ежегодно    выплачивала кутригурам, если Сандилх их одолеет. Сандилх ответил, что хотя он и желает находиться в дружественных отношениях с Византией, однако считает неприличным и незаконным вконец истреблять своих соплеменников, не только говорящих одним языком с утигурами, но и ведущих одинаковый с ними образ жизни, носящих одинаковую одежду и родственных с ними, хотя и подвластных другим вождям. Чтобы успокоить Юстиниана, он обещал все же отобрать у кутригур коней, чтобы им не на чем было ездить и невозможно было вредить империи.

Политика Византии вызвала ожесточенное противоборство этих племен, которое довело их почти до полного взаимного истребления. В 60-е гг. VI в. источники еще упоминают утигур и кутригур в связи с нашествием авар и тюрок, но уже историк VI в. Агафий писал, что после этой междоусобной борьбы оставшиеся в живых рассеялись среди других племен и приняли их имена.

В конце 50-х гг. VI в. в степях Предкавказья появляются разбитые тюрками авары. Авары покорили утигуров и, теснимые с востока тюрками, стали искать себе союзников. В 558 г. они вступили в контакт с аланами, занимавшими предгорные и горные территории Центрального Кавказа с просьбой оказать им содействие в заключении союза с Византией. Вождь ("царь") алан Сарозий помог их послу пробраться в Лазику, откуда его переправили в Константинополь. В столице империи посол был принят с недоверием. Однако Юстиниан отправил ответное посольство во главе с мечником Валентином, который привез аварам подарки и предложил начать войну против врагов Византии, главным из которых являлся Иран. В 558 г. союз был заключен, но оказался недолговечным. Вместо того, чтобы нападать на врагов империи, авары, подчинив кутригур и сделав их своими союзниками, обрушились на территорию империи. Вероятно, к этому их подтолкнул теплый прием в Константинополе посольства их заклятых врагов - тюрок, прибывшего в столицу империи в июле 558 г. вслед за посольством авар. В начале 60-х гг. VI в., видимо, под напором тюрок, авары ушли на среднее течение Дуная, где вскоре возник Аварский каганат, непрерывно тревоживший Византию.

В 567 г. тюрки начали завоевание степей и предгорий Северного Кавказа, где войска кагана Истеми покорили болгар (б-н-дж-р), беленджерцев и хазар, после чего безуспешно осаждали Дербент. Затем тюрки подчинили алан и утигур и к 571 г. вышли к границам Византии на Боспоре. Властителем вновь приобретенных территорий стал сын Истеми - Турксанф.

В 568 г. тюркские послы, возглавляемые согдийцем Маниахом, заключили с империей торговый договор, позволявший им осуществлять контроль над Великим шелковым путем, и военный союз, направленный против Ирана и авар. Для подтверждения союза император Юстин II (565-578) направил в августе 568 г. вместе с возвращавшимся через территорию Алании Маниахом полководца восточных городов Зимарха Киликийца. Каган Истеми ласково принял византийского посла и в подтверждение искренности своих намерений пригласил его сопутствовать тюркскому войску, двинутому в Иран. В 570 г. авары, обосновавшиеся в Паннонии, разгромили ромеев и вынудили их заключить мир. В 575 г. между Ираном и Византией было заключено перемирие, позволившее шаху Хосрою Ануширвану обрушиться на тюрок.

В 576 г. Турксанф, разгневанный этим обстоятельством, разрушил Боспор и вторгся в Крым, откуда, по-видимому, был вскоре вытеснен. Желая достичь пределов Византии через Западный Кавказ, тюрки натолкнулись на сопротивление союзного ромеям царства Эргиси (Лазика), северная граница которого проходила по Кавказскому хребту, и вынуждены были отступить. В 580 (581) г. тюрки вновь вторглись в Крым и осадили Херсонес. В 582-583 гг. они под предводительством Бури-хана пытались через Лазику проникнуть к границам Византии, но успеха не имели. В 584 г. военный конфликт прекратился сам собой, так как в Тюркской державе началась гражданская война, приведшая в 588 г. к ее распаду на Восточный и Западный каганаты.

В 588 г. Византия вернула себе Боспор. С 589 г. наметилось сближение тюрок и ромеев, так как именно тогда тюрко-хазарские войска, помогая империи, через Дарьял напали на Армению и Азербайджан, но были отбиты персами. Одновременно на территорию Восточного Ирана вторглись тюрки Янг Соуха, внука Истеми, но в битве при Герате были разбиты. Единство каганата было официально восстановлено в 593 г., а в 598 г. возобновился и традиционный союз западнотюркского кагана с византийским императором. В 604 г. каганат окончательно распался на Восточный и Западный. Перед западными тюрками стояли две внешнеполитические проблемы: покорение авар и сокрушение Ирана для беспрепятственного налаживания караванной торговли шелком. Естественным союзником тюрок в решении этих задач являлась Византия, которую в это время терзали и авары, и персы. В 622 г. империя заключила с тюрко-хазарами союзный договор, скрепленный обручением дочери императора Ираклия Евдокии с Джебгу-каганом.

В 625 г. василевс ромеев направил посольство в страну "хазар" к Джебгу-кагану с просьбой о военной помощи против Ирана. Союз был заключен, и в 626 г., когда авары и персы пытались овладеть Константинополем, тюрко-хазары разорили Агванию и Атрпатакан. С этого момента византийские историки отождествляют тюрок и хазар, которые стали главной опорой каганата в Прикаспийских степях.
В 627 г. тюрки и хазары совместно с ромеями осадили Тбилиси, но осада была неудачной и тюрки сняли ее, обещая Ираклию вернуться следующей осенью. В 628 г. они сумели взять и разорить Тбилиси. В 630 г. тюрки и хазары начали покорение Армении, но оно было неожиданно прервано из-за вспыхнувшей в каганате междоусобицы, которую вели друг с другом два главных племенных союза Западного Тюркского каганата - дулу и нушиби. К 634 г. каганат распался, и все владения к западу от Сыр-Дарьи тюрками были утрачены. На этих территориях стали возникать новые государственные образования, складывавшиеся еще в недрах каганата.

 

Сасанидский Иран в V - первой половине VII века - главный противник Византии в борьбе за господство на Кавказе, следовательно, и за контроль над путями транзитной торговли с Азией. Кочевники степей Предкавказья-Приазовья не раз выступали как союзники империи в войнах с Ираном.

В середине V века, очевидно, по указанию ромеев сарагуры и другие племена (включая и акациров) предприняли поход против Сасанидов. Сначала кочевники попытались пройти в Закавказье через Каспийские ворота (Дербент), но найдя их закрытыми персидским гарнизоном, вторглись другой дорогой (через Дарьял) и стали опустошать Иверию и тревожить нападениями армян.

В 515-516 г. савиры, пройдя через Каспийский проход, совершили свой первый набег на Армению и Малую Азию. В 521 г. их 20-тысячное войско принимает участие сначала на стороне Византии, а затем Ирана в военных действиях в Малой Азии. Обычно савиры участвовали в качестве наемников в ирано-византийских войнах то на одной, то на другой стороне. Стремление к наибольшей выгоде толкало номадов на измену, что создало им репутацию весьма ненадежных союзников.

Преимущественная связь савир с Ираном определялась их местоположением на северной границе этой державы. Непосредственные связи с Византией были затруднены отсутствием общей границы. Находясь в союзе с империей, они могли выступать против персов только самостоятельно. Их вспомогательным отрядам было трудно соединяться с византийским войском в то время, когда занимавшие горные проходы в Закавказье аланы не поддерживали империю и не пропускали свободно их через свою страну. Поэтому савирские отряды чаще находились у персов, чем у греков.

Это вынуждало и Византию искать союзников среди других кочевых племен, причем далеко не всегда поиск был успешен. Так, в 522 г. при императоре Юстине (518-527) к приазовским гуннам (так как источник не называет их племенной принадлежности, остается предполагать, что это были кочевники булгарского объединения, в состав которых входили и оногуры, и унногундуры, и утигуры, и собственно булгары) прибыло посольство патрикия Прова, завершившееся полным провалом. Причиной неудачи, по-видимому, являлась ситуация, сложившаяся вокруг Боспора (бывший Пантикапей, нынешняя Керчь), который незадолго до прибытия Прова перешел во власть Византии.

В 541 году персы овладели черноморским побережьем Кавказа. Чтобы сохранить свое влияние на Кавказе, Византия поспешила захватить Абазгию (страну абхазов), находившуюся севернее Лазики и до этого состоявшую в подчинении у лазов. Абазги были крещены; старая крепость Севастополь (Сухуми) заново отстроена. Тогда же Юстиниан воздвиг и храм Успения в Питиунте (Пицунда). Но уже в 550 г. абазги отложились от империи, не выдержав притеснений и налогов.

С 60-х годов VI века союзниками Византии в противоборстве с Ираном стали тюрки, поставившие степи региона под свой контроль.

 

Боспор и зависимые от него города до первой четверти VI века сохраняли автономию, управлялись утвердившейся здесь еще при Римской империи местной династией Тибериев-Юлиев и, вероятно, находились под верховной властью сначала готов, а затем гуннов.

В городах развивались торговля и ремесла, рассчитанные прежде всего на удовлетворение потребностей соседних варваров. Здесь, в частности, вырабатывались украшения так называемого "полихромного стиля" с вставками из цветного камня и стекла, которые в позднеантичное и раннесредневековое время получили широкое распространение не только на самом Боспоре, но и по всей степной зоне Восточной Европы.

Захват Боспора Византией не мог не вызвать недовольства гуннов, так как он играл важную роль в их торговле. Здесь они сбывали скот, кожи, сало, меха и другие продукты своего хозяйства в обмен на соль, вино, ткани и предметы роскоши.

О политике Византии в Приазовье после присоединения Боспора можно судить по истории с гуннским князем Гродом (Гордом). Византийский историк Феофан записал под 527/528 г.: "В этом же году пришел к императору царь гуннов, [живущих] поблизости от Босфора, по имени Горда, стал христианином и был просветлен. Император назначил туда стратиотов и трибуна охранять город от гуннов и взимать налог быками. Царь гуннов, став христианином и отправившись в свою страну, нашел своего брата и рассказал ему о расположении и щедрости императора и о том, что он стал христианином. Взяв статуи, которые гунны почитали, он переплавил их, а были они из серебра и электра. Гунны, разъярившись, сговорились с его братом и убили Горду, царем же сделали его брата Муагериса". По словам Феофана, после убийства Грода гунны напали на Боспор, убили византийского трибуна Далмация и воинов его отряда и захватили город. Из сообщения Прокопия Кесарийского известно, что Боспор некоторое время находился в руках варваров и что тогда же "соседними варварами" были взяты и разрушены Кепы и Фанагория (Фанагурис), - города, находившиеся на противоположной стороне Керченского пролива, на которые распространялась власть Боспора.

Для возвращения Боспора Юстиниану пришлось снарядить большую военную экспедицию. Византийская армия при этом была усилена значительным вспомогательным войском из скифов (готов) с вождями Годилой и Бадурием, направленными из Западного Причерноморья. Боспор и города на Таманском полуострове вернулись под власть ромеев.. На Боспор была возложена обязанность поставлять империи суда, предметы оснастки и морского снаряжения, из чего можно заключить, что мореходство и судостроение оставались в нем важнейшей отраслью промышленности.

В 540 г. послы отложившихся от Византии армян, убеждая иранского шаха Хосроя I Ануширвана (531-579) начать войну с императором Юстинианом I, перечисляя факты захватнической политики Византии, между прочим говорили и о захвате ромеями Боспора. Прокопий Кесарийский в своем труде "Война с персами" вкладывает в уста армянских послов, обращающихся к Хосрою, следующую фразу: "Разве не послал он своих военачальников к жителям Боспора и не подчинил своей власти город, совершенно ему не принадлежащий?". В глазах современников Боспор был законным владением гуннов, которое было вторично отнято у них посредством грубого насилия в 533/534 г.

 

Христианизация варваров была одной из форм их связи с империей и являлась актом в большей мере политическим, чем религиозным. Подкупая вождей, наделяя их богатыми подарками и пышными титулами, рассылая епископов и священников, Византия расширяла сферу своего непосредственного влияния и власти.

Жители Боспора издавна были христианами, как и готы-тетракситы (трапезиты, евдусиане) - соседи и союзники гуннов. Известно о существовании готского епископа Унилы на рубеже IV-V вв. Где находилась кафедра готского епископа - неизвестно, но путь к ней лежал через Боспор. Судя по подписи епископа Иоанна под определением Константинопольского собора 519 г., епископская кафедра существовала в Фанагории, но она, вероятно, не распространяла свою компетенцию на готов-тетракситов, так как последние в это время были непосредственно связаны с Боспором.

Христианские проповедники проникали и в кочевья гуннов. В сирийской хронике Захария Ритора сохранился рассказ о том, как семь священнослужителей с армянином Кардостом во главе проникли через горы в страну гуннов и занимались не только обслуживанием находившихся там пленных христиан, но окрестили и обучили многих варваров. Больше того, они "выпустили там писание на гуннском языке", то есть создали гуннскую письменность и, по-видимому, сделали переводы на гуннский язык церковных книг.

Некоторые исследователи на основании этих сведений полагают, что Кардост проповедовал христианство среди гуннов-савир и находящихся у них невольников. Они попали в плен в 503 г. при взятии шахом Кавадом города Амида на верхнем Тигре, а затем были проданы гуннам и приведены в страну последних через "ворота", под которыми обычно подразумевают Дербент. Сам Кардост был епископом Аррана, то есть современного Азербайджана, откуда он и пришел к гуннам, хотя и не через "ворота", каким-то проходом через горы. Так как гуннами, ближайшими к "воротам" и Аррану, были савиры, то естественно вытекает предположение, что и христианские пленники из Амида и проповедники во главе с Кардостом находились у них.

Миссия Кардоста имела целью, прежде всего, обслуживание пленных христиан, которых у гуннов было, видимо, немало. В ее состав, кроме самого епископа, входили три священника и еще четыре каких-то других лица. Особого внимания заслуживает указание на то, что Кардост со своими спутниками проник к гуннам не через "ворота", а каким-то другим путем, через горы. Это означает, что его миссия, хотя и исходившая из подвластного Ирану Аррана (Азербайджана), была организована без одобрения персидского правительства. Именно поэтому ее путь лежал не через контролируемый Сасанидами Дербент, а трудной дорогой - через горы. Но если о миссии Кардоста ничего не знали в Иране, то о ней наверняка хорошо были осведомлены в Византии.

Надо думать, что область в которой он проповедовал, была значительно шире и что главная арена ее находилась западнее савирской территории - у прикубанских гуннов.

Захват Боспора Византией в первой трети VI века обострил отношения между гуннами и империей. Это продолжалось до 548 г., когда послы готов-тетракситов, явившиеся в Константинополь с просьбой дать им епископа, "в беседе совершенно тайной, встретившись с глазу на глаз, изложили все, насколько Римской империи будет полезно, если соседние с ними варвары будут находиться в вечных распрях друг с другом".

Надо полагать, что выгоды такого положения нечего было объяснять византийцам, они сами были великими мастерами политической игры и дипломатического вероломства. Готское посольство давало возможность Византии начать переговоры с утигурами, которые в рассказе об этом посольстве впервые появляются в поле зрения истории. Заняв господствующее положение среди гуннских племен Приазовья, утигуры, вероятно, также были заинтересованы в восстановлении нормальных отношений с империей, хотя бы уже потому, что находившийся в руках Византии Боспор представлял для них важный рынок, обходиться без которого они не могли.

Целью посольства было и урегулирование церковных дел, осложнившихся после перехода Боспора в руки Византии. Епископ Боспора был одновременно главою готской церкви. Готы хотели получить себе епископа, независимого от Боспора. Император Юстиниан исполнил их просьбу и, вместе с тем, установил через готов связи с их союзниками утигурами, после чего последние и без христианизации оказались в полном подчинении у византийской политики.

В VI веке под влиянием византийских проповедников началась христианизация Алании. В VIII веке в период арабо-хазарских войн за Северо-Восточный Кавказ империя предпринимала попытки распространить христианство в Хазарии и тем самым подчинить себе каганат. В конце VIII в. в Крыму Византия учредила Готскую митрополию, в которую вошло семь епархий, находившихся на хазарской территории. Но желание отторгнуть от каганата Крым и Боспор, где ромеи постоянно интриговали против хазар, явно не способствовали расположению царя и кагана к христианству. После арабо-хазарских войн эти противоречия стали отчетливо проявляться и способствовали принятию иудейства как официальной религии каганата.

 

Области обитания алан - предгорья и плоскость Центрального Кавказа. В своей кавказской политике Византии постоянно приходилось ориентироваться на алан, занимавших стратегически важные территории и контролировавших горные проходы. С 558 по 572 гг. византийские историки упоминают "вождя", "царя" западных алан Сарозия (Сародия, Сароя) - друга и союзника ромеев. Стремление империи к союзу с западными аланами обусловливалось не только тем, что среди них можно было нанять отборных воинов, но и тем, что товары (в первую очередь шелк), следовавшие из Китая и Согдианы по Великому шелковому пути, только через перевалы Центрального и Западного Кавказа могли беспрепятственно поступать в Византию, а не попадать туда через третьи руки на выгодных для Ирана условиях. Кроме того, через земли алан византийские посольства проходили в степь с целью найма кочевников для войн с Персией, а номады отправляли своих послов для заключения союзнических договоров с империей. В VI в. на территорию Алании из Византии началось проникновение христианства. .

Западные аланы постоянно ориентировались на союз с империей, в то время как восточные по большей части склонялись на сторону Ирана, хотя иногда и они оказывали поддержку ромеям. С приходом тюрок на Кавказ аланы попали в зависимость от Тюркского каганата, и империи в своей восточной и северо-восточной политике пришлось ориентироваться на этих грозных завоевателей.

Крушение Западной тюркской державы в начале VII века позволило Алании обрести независимость, которую она сохраняла более столетия. Однако опасность арабского нашествия заставила алан искать союзников не только в Византии, но и в крепнувшей день ото дня Хазарии. Первое нападение арабов на алан и их соседей произошло во времена правления халифа Османа (644-656), когда завоеватели взяли "Баб ал-Лан"(Аллан) и заключили мир с его жителями на условиях выплаты дани ("хараджа"). Однако аланы, опираясь на традиционные связи с Византией, разорвали мир. В 662/663 г. арабы одержали победу над аланами и ромеями. Но невзирая на поражение аланы продолжали оказывать арабам сопротивление, что по-прежнему позволяло империи рассчитывать на них в своей борьбе с Халифатом в Закавказье. Так, между 705 и 711 гг., когда натиск арабов на империю и страны Закавказья особенно усилился, Юстиниан II послал к аланскому правителю Итаксису спафария Льва - будущего основателя Исаврийской династии (Лев III, 717-741) - с целью организовать вторжение алан на территорию Абхазии, которая к этому времени, подобно Лазике и Иверии, приняла покровительство Халифата.

В первой трети VIII века в связи с обострением арабо-хазарской войны хазары заняли горные перевалы, ранее контролировавшиеся аланами. Алания попала в политическую зависимость от каганата, чтобы избежать ига более жестоких арабских завоевателей. Византия, нуждавшаяся в союзе с Хазарией против арабов, вынужденно с этим согласилась.

В конце X - XI в. Алания, восстановившая независимость в связи с крушением Хазарского каганата, оставалась главным политическим партнером Византии на Северном Кавказе. Царь Алании позволял ромеям набирать среди своих подданных наемников для службы в византийской армии. Залогом прочности алано-византийских отношений служили представители высшей аланской знати, специально проживавшие при императорском дворе в Константинополе. Пример тому - аланская принцесса, ставшая в 50-е гг. XI в. любовницей императора Константина IX Мономаха (1042-1055), к которой дважды в год приезжали из Алании приближенные ее отца. После смерти императора она вновь перешла на положение заложницы. Дочь грузинского царя Баграта IV (1027-1072) и аланской принцессы Борены, племянница аланского царя Дургулеля Великого, Мария Аланская являлась супругой византийских императоров Михаила VII Дуки (1071-1078) и Никифора III Вотаниата (1078-1081).

 

Хазарский каганат оказался в центре политических интриг Византии вслед за тем, как власть хазар распространилась на Предкавказье, Приазовье и Восточный Крым.

В 695 г. свергнутый с престола император Юстиниан II (685-695; 705-711) был сослан в Херсон, откуда он бежал к хазарам. Каган Ибузир Гляван поселил его в Фанагории, выдал за него свою сестру и обещал помощь в борьбе за престол. Узнав об этом, ромеи стали уговаривать кагана убить своего зятя. Предупрежденный об опасности Юстиниан, бежал в Дунайскую Болгарию и с помощью хана Тервела в 705 г. захватил Константинополь, после чего предпринял ряд мер по улучшению внешнеполитического положения империи. В 710 г. Юстиниан решил наказать отложившийся от империи и перешедший под покровительство хазар Херсон. Юстиниан начал войну с хазарами не только за Херсон, но и за весь Крым и Боспор. Его войска взяли Херсон и подвергли город разграблению. Однако херсониты быстро отстроили город и вновь подняли восстание против Юстиниана, которое возглавил ссыльный богатый и знатный армянин Вардан. Херсониты провозгласили его императором под именем Вардана-Филиппика. Хазары помогли восставшим. В 711 г. Вардан-Филиппик захватил Константинополь и казнил Юстиниана вместе с его семьей.

В результате этих событий каганат приобрел надежного союзника для борьбы с надвигавшейся через Закавказье в прикаспийские степи арабской опасностью. Поскольку Византия сама была заинтересована в союзе против арабов, она пошла на всевозможные уступки хазарам. Пока шли арабо-хазарские войны, империя имела некоторый военный перевес над Халифатом. Ромеи не раз инспирировали набеги северных кочевников на подвластные арабам закавказские территории, используя для этого разнообразные средства от даров и лести до заключения династических браков. Так, в 732/733 г. Лев III Исавр женил своего сына Константина V Копронима (741-775) на дочери кагана Чичак (Цветок), которая, приняв христианство, стала носить имя Ирина. От этого брака в 750 г. родился император Лев IV Хазарин (775-780).

Между 834 и 837 гг. по просьбе правительства Хазарии византийские инженеры, возглавляемые Петроной Каматиром, построили на левом берегу Дона для борьбы против кочевников крепость Саркел. Империя использовала этот повод для сбора данных о внутреннем положении Хазарии. После принятия каганом иудейства Византия находилась с ним в неприязненных отношениях. Большинство нападений на каганат в IX-X вв. было спровоцировано империей. Особое внимание здесь уделялось Алании. Император Константин VII Багрянородный (945-957) в трактате "Об управлении империей" пишет, что Алания может двумя путями оказывать давление на каганат. Во-первых, она может нарушать снабжение Хазарии "средствами к жизни", так как к Алании "прилегают" девять хазарских областей (климатов), откуда Хазария получает "все довольство". Во-вторых, она может препятствовать продвижению хазар по территории Предкавказья в направлении Крыма и даже в направлении Подонья. Для войны с хазарами, по сведениям Константина VII Багрянородного, можно также использовать черных булгар и гузов, последние так же способны воевать с печенегами.