Казак 35-го Донского каз полка Горин. 1916 г.Пореформенный период стал заключительным этапом на пути интеграции Дона и Северного Кавказа в состав Российской империи. Процессы модернизации, протекавшие в России в этот период, проявились во всех сферах жизни: в социальных отношениях, в изменении хозяйственного облика, в эволюции системы управления краем  и в развитии на территории Дона и Северного Кавказа общественного движения.

Предпосылки для завершающей фазы интеграции были созданы реформами 60-70-х годов XIX в.

На Дону и в Ставрополье отмена крепостного права проводилась на принципах, близких общероссийским, а в горских районах потребовалось предварительно провести размежевание земель. В отличие от степных районов Дона и Предкавказья отмена отношений личной зависимости крестьян и рабства у горцев происходила практически одновременно и не была завершена к началу XX в.

Судебные преобразования 1860-х гг. в полном объеме затронули только районы проживания православного населения (Дон и Ставрополье). У горцев судебная система являлась важным составным элементом «военно-народного» управления» и строилась с учетом культурно-религиозных особенностей населения.

Унификация административной системы в крае шла снизу вверх, поскольку именно на низовом уровне и у горцев, и у казаков были созданы аульные и станичные органы самоуправления, полностью соответствовавшие по своим принципам организации сельского управления у крестьян. К началу 70-х годов правительство уже сочло возможным ввести и у горцев гражданскую администрацию.

В силу специфики региона важнейший элемент «Великих реформ 1860-1870-х гг. – всесословное местное самоуправление – здесь практически и не было введено.

Земство ввели только на Дону и на очень короткий срок, а городовая реформа затронула лишь нижнедонские города, тогда еще не входившие непосредственно в Область Войска Донского.

Офицеры кубанского и терского войскаВоенные реформы 1860-1870-х годов также охватили только Дон и  православное население Терека и Кубани, обойдя горцев.

 Казачество Дона, Кубани и Терека по-прежнему составляло важнейшую часть вооруженных сил Российской империи и принимало участие во всех войнах второй половины XIX – начала XX вв.

Важным этапом на пути унификации системы управления края и остальной России стали административные преобразования 80-90-х годов XIX в., поскольку после ликвидации Кавказского наместничества горское население вошло в подчинение казачьему начальству Терека и Кубани («военно-казачье управление»). Тогда же были окончательно определены границы Области войска Донского, включившего в себя нижнедонские города

Хозяйственное развитие Северного Кавказа и Дона характеризовалось становлением структур рыночной экономики, которое обретало  все более выраженную динамику по мере интегрирования края во всероссийский рынок, что не исключало специфических особенностей развития в нем новых экономических отношений. К концу XIX столетия можно говорить о свершившейся экономической интеграции региона в состав империи. Дон и Северный Кавказ к этому времени уже представляли целостный экономический район с  вполне определившейся хозяйственной структурой, где преимущественное развитие получили аграрный сектор и отрасли добывающей промышленности, сложилось региональное разделение труда и функционировал как российский капитал различной этнической и сословной принадлежности, так и иностранный.

В сельском хозяйстве пореформенного периода  было занято подавляющее большинство жителей Дона и Северного Кавказа. И земледелие в степных районах и на плоскости, и скотоводство у горцев в основном  приобрели товарный характер. Земледелие стало приоритетной отраслью экономики, именно зерновая продукция в основном шла на экспорт через порты Черного и Азовского морей.

Положительным изменениям в аграрном секторе экономики, интенсификации сельскохозяйственного производства, росту его урожайности способствовали Столыпинские аграрные преобразования, хотя они затронули в основном  коренное крестьянство края.

Несмотря на преимущественно аграрный характер экономики Дона и Северного Кавказа, в пореформенный период в регионе достаточно интенсивно развивалась промышленность, которая прошла все стадии: от промыслов и мелких предприятий до крупных производств, достигла монополистической стадии организации. Природные богатства края способствовали преимущественному  развитию на его территории добывающей промышленности (уголь, железная руда, цветные металлы, нефть), а также производств по переработке сырья. Важную роль в становлении крупного  промышленного производства сыграли российские банки и иностранный капитал.

Изменение экономического облика края во многом было связано с развитием водного и железнодорожного транспорта, который способствовал установлению тесных экономических связей внутри региона и с другими районами России.

Социальное развитие региона в пореформенный период характеризовалось тем, что край из казачье-крестьянского все более превращался в промышленный. Росла численность основных групп капиталистического общества – промышленного пролетариата и буржуазии, быстрыми темпами увеличивалось городское население. В деревне также происходили процессы социальной дифференциации, затронувшие все сельское население – и казаков, и коренных крестьян, и иногородних. Кроме того, интенсивная пореформенная колонизация Предкавказья привела к изменению этнического состава края, где горцы составляли уже меньшинство

Реформирование административной структуры, процессы социально-экономического развития оказали заметное влияние на общественно-политическую ситуацию в регионе.

В ее эволюции можно выделить следующие основные этапы:

На протяжении всех этих этапов политическое развитие Дона и Северного имело свою, отличную от остальных частей империи, специфику. Она заключалась прежде всего в том, что относительно высокий удельный вес казачьего населения в крае во многом служил фактором социально-политической стабильности. Либеральное движение до начала XX в. было здесь представлено слабо, и позже либеральные партии и организации стремились распространить свое влияние прежде всего на городское население и казаков. Крестьяне и рабочие оказались втянуты в революционное движение многочисленными левыми партиями как общероссийского, так и регионального масштаба. Большая часть горского населения оставалась политически инертной, но среди него также зрело социальное и национальное недовольство, которое эксплуатировали различные политические силы, от революционеров до пантюркистов и панисламистов.