Общественное и революционное движение
 на Дону и Северном Кавказе 
в начале XX века

Нерешенность острых социально-экономических и политических проблем, накапливавшихся в России в течение длительного времени, привела в начале XX в. к назреванию крупномасштабного общенационального кризиса. Накал политической обстановки в стране способствовал усилению общественного и революционного движения не только в центре, но и на окраинах, в частности, на Дону и Северном Кавказе.

Именно в этот период происходило размежевание общественных сил. В регионе были представлены организации и движения всего политического спектра – от крайне левых до черносотенно-монархических.

Большую роль в предреволюционный период сыграло рабочее движение, приобретавшее новые формы, о чем свидетельствовали события Ростовской стачки 1902 г. Усилилось движение крестьян и горцев, вызванная малоземельем, притеснением со стороны беков и русской администрации. По-прежнему одной из крайних форм протеста оставалось абречество.

В начале XX в. в крае происходило возникновение организаций революционных и национальных партий, развитие либерального, а также черносотенного движения. Нараставший общественно-политический подъем, охвативший разные слои населения, свидетельствовал о приближении революционного взрыва – событий первой российской революции 1905-1907 гг.

 

 

Развитие рабочего движения накануне первой российской революции

На рубеже века в массовом рабочем движении наблюдался переход к политической борьбе. Первомайские выступления 1900 г. рабочих Петербурга, Варшавы, Одессы, Киева, мощная демонстрация в Харькове, августовская стачка пролетариев Тифлиса, демонстрация в Екатеринославе – все это свидетельства крупных политических событий. На Дону и Северном Кавказе также наблюдались новые явления в борьбе пролетариата. Если с 1895 по 1900 гг. здесь не произошло ни одного политического выступления рабочих, забастовки имели экономический характер, отличались недостаточной организованностью, стихийностью, общее число стачек не превышало трех десятков и география их была ограничена в основном крупными металлургическими и угольными предприятиях Дона (исключение составили Садонские рудники Терской области, где в 1897 г. состоялась большая забастовка), то уже начиная с 1900 г. передовые рабочие под руководством социал-демократии вступили в политическую борьбу за свои права. В 1900-1901 гг. стачечные выступления рабочих региона мало чем отличались от предыдущего пятилетия. Они продолжали быть стихийными, неорганизованными, носили экономический характер.

Отдельные стихийные неорганизованные забастовки рабочих были и в последующие годы. И все же не они определяли теперь направление борьбы пролетариата, которая все более приобретала политический характер. Начиная с 1900 г. в городах Дона и Северного Кавказа рабочие стали отмечать праздник 1 мая маевками.

О заметном изменении форм борьбы свидетельствовали политические демонстрации 19 февраля 1902 г. в годовщину отмены крепостного права, 30 марта и 1 мая 1902 г. Они не были случайным, изолированным явлением, а являлись частью той революционной волны, которая прокатилась в это время по России. По данным Ю. И. Кирьянова, всего по стране с 1901 по 1904 гг. произошло 432 демонстрации; из них на Дону и Северном Кавказе – 10. Это сравнительно небольшое число, но демонстрации имели огромное агитационное значение, свидетельствовали о развитии рабочего движения в регионе, связи общероссийских революционных событий с местными, о влиянии крупных промышленных центров на окраины. Это еще более наглядно показали ноябрьская стачка-демонстрация 1902 г. в Ростове и одновременные революционные выступления рабочих ст. Тихорецкой и Новороссийска.

В 1903 г. новая форма борьбы рабочих – политическая демонстрация – получила дальнейшее развитие. 2-го марта состоялась многотысячная демонстрация пролетариев по улицам Ростова, 23 марта – учащейся молодежи города, в ноябре – рабочих Таганрога, но переход к демонстрациям в этот период явственно определился только в Ростове и Таганроге, в остальных же городах Дона и Северного Кавказа эта форма борьбы вплоть до революции 1905 г. не получила значительного распространения. Вместе с тем возросло число экономических и политических стачек. Только за 1903 г. на Дону и Северном Кавказе состоялось до 30 стачек.

Характерной чертой рабочего движения в регионе являлась крайняя неравномерность выступлений пролетариата. В 1904 г. на Дону уже единичные забастовки, а на Кубани в первой половине года стачки проводили рабочие екатеринодарских заводов Аведова, Пуйденко, Штейнгеля, макаронной и консервной фабрик, винного склада. В сентябре отмечены забастовки рабочих каретного цеха во Владикавказе, железнодорожных мастерских и депо ст. Минеральные воды. В декабре вновь начались волнения на екатеринодарских заводах Штейнгеля, Аведова, Галан и др. Под влиянием Бакинской стачки 26 декабря вспыхнула забастовка на грозненских нефтепромыслах “Ахвердов и Ко”, длившаяся в течение двух недель.

Рабочие разных национальностей, работавшие на промышленных предприятиях вместе с русскими пролетариями вступали в революционную борьбу. Но в целом большая масса, как русских, так и особенно нерусских рабочих была еще в стороне от революционного движения.

 

 

Ростовская стачка 1902 г.

Ростовская стачка началась как экономическая. Ее непосредственным поводом явился конфликт между рабочими котельного цеха Главных мастерских Владикавказской железной дороги и администрацией цеха, вызванный снижением расценок и издевательствами мастера. 4 ноября 1902 г. рабочие-железнодорожники по предложению представителя Донкома И. И. Ставского предъявили администрации следующий пакет требований: 9-часовой рабочий день, короткий рабочих день по субботам и перед праздниками (до 14 час.) с сохранением полной оплаты, повышение расценок на 50%, полная отмена штрафов, вежливое обращение мастеров с рабочими и увольнение ненавистных мастеров, устройство бесплатной школы для детей рабочих.

Стачка продолжалась, к ней примкнули рабочие плугостроительного завода “Аксай”, табачной фабрики Асмолова и др. Массовые митинги стали проводиться первоначально в самих мастерских, а затем в Темерницкой (Камышевахской) балке. 10 ноября на сходе уже участвовало около 30 тыс. чел., включая представителей от других городов (Таганрога, Новочеркасска, Армавира и др.). Здесь читались и обсуждались листовки Донкома, которые выпускались каждый день в количестве 1 500-2 000 экземпляров. Активное участие в стачке принимали женщины-работницы.

Ростовские власти вынуждены были обратиться за помощью к войсковому начальству и из Новочеркасска были подтянуты казачьи части. 11 ноября полицейские и казачьи подразделения попытались рассеять толпу. В ходе столкновения был открыт огонь на поражение, 8 человек было убито, 23 – ранены. Это еще больше ожесточило бастующих. По предложению Донкома они решили стоять до конца. Но в ночь на 15 ноября войска заняли Темерник и овраг. Часть участников восстания была арестована, но и администрация пошла на уступки – отменила снижение расценок и уволила нескольких мастеров. 26 ноября, после 23 дней, счтака была прекращена.

Одновременно с ростовской стачкой, под ее влиянием и в непосредственной связи с ней проходили выступления тихорецких и новороссийских рабочих. 15 ноября произошла забастовка в Тихорецких железнодорожных мастерских. К ней присоединились рабочие депо и электростанции. В течение этого и последующего дней стачечники собирались на митинги, где выработали требования для предъявления администрации, аналогичные ростовским: сокращение рабочего дня до 9 часов, увеличение зарплаты на 20 %, увольнение двух мастеров и др.

17 ноября по приказу атамана Кавказского отдела генерала Гетманова казаки произвели дикую расправу над собравшимися на митинг рабочими – открыли стрельбу по безоружным людям. В результате, как говорилось в листовке Донкома, “на месте сходки, как на поле битвы ... лежали раненые и убитые, последних было несколько человек, раненых - около сотни”. Митинг прекратился, но работы не возобновились. В донесении от 21 ноября начальник Кубанского областного охранного отделения сообщал, что только “некоторая часть благоразумных рабочих депо, всего лишь несколько человек, ограждаемая войсками как на работах, так и на дому, работает”.

В солидарность с ростовскими и тихорецкими рабочими 18 ноября началась стачка в железнодорожных мастерских Новороссийска, к ним присоединились работники депо, элеватора, электростанции, цементных заводов. 19 ноября стачка распространилась на рабочих пристаней и мелких заведений. В последующие дни остановились все предприятия города, прекратили погрузку 23 парохода, стоявшие в порту. На многочисленных митингах обсуждались события в Ростове и Тихорецкой. В отчете Черноморского губернатора по поводу происходивших событий говорилось: “Нельзя не прийти к заключению, что движение носит политический характер, явилось результатом пропаганды революционного кружка и находится в прямой связи с ростовскими и тихорецкими событиями. Перепуганные власти стянули в город дополнительные военные части из Ростова, Тихорецкой, Екатеринодара. Губернатор объезжал бастующие предприятия и уговаривал рабочих прекратить стачку. Митинги разгоняли казаки. Они арестовали 102 “подстрекателя” стачки. 62 рабочих были уволены, часть из них выслана из Новороссийска. 23-го ноября большинство стачечников приступили к работам.

События Ростовской стачки 1902 г., которые несколько дней держали весь Ростов буквально на военном положении, высоко оценивались российскими социал-демократами. Г.В.Плеханов писал, что “ростовские события составляют эпоху в истории нашего рабочего движения... Они открыли собой новую эпоху, эпоху массовых демонстраций”. В. И. Ленин утверждал, что именно с этого события рабочее движение перешло на качественно новую ступень: “Пролетариат впервые противопоставляет себя как класс всем остальным классам и царскому правительству”.

 

 

Крестьянское и горское движение в крае в начале XX века

Основная масса донского и северокавказского была достаточно инертной, но вести о революционных событиях в городах страны, в том числе и находившихся по соседству, в которых иногда работали и односельчане, разными путями проникали в селения. Причины развития крестьянского движения были те же, что и во второй половине XIX в.

Докладные записки и отчеты жандармских управлений в начале X X в. буквально пестрят сообщениями о росте недовольства крестьян.Участились случаи поджогов помещичьих и кулацких хозяйств в станицах и селах Дона, Кубани, Черноморья, Терека; увеличилось число потрав полей, были и отдельные случае открытых выступлений крестьянства.

В 1902 г. на Кубани и в Ставрополье под влиянием выступлений крестьян Харьковской и Полтавской губерний усилилась борьба крестьянства и сельскохозяйственных рабочих. Крупные волнения сельскохозяйственных рабочих начались в мае на Кубани. Летом 1902 г. движение охватило целый район Кубанской области, около 20 станиц, расположенных вдоль железнодорожной линии от Тихорецкой до Екатеринодара и Майкопа В борьбе участвовали до 10 тыс. сельскохозяйственных рабочих.

Были случаи, когда косари разбивали сельскохозяйственные машины, бросали их в Кубань, били землевладельцев. Движение носило стихийный, неорганизованный характер.

В некоторых станицах Кубани начало проявлять признаки недовольства и казачество. В корреспонденции “Искры” № 23, от 1 августа 1902 г. из ст. Владимирской сообщалось, что постепенное уменьшение земельных наделов, недороды и, наряду с этим, увеличение расходов на снаряжение казаков все чаще и чаще заставлял кубанцев роптать на свою горькую нужду и на несправедливость “начальства”.

Особенно обострилась в этот период борьба горского крестьянства, которая хотя и оставалась стихийной и неорганизованной, но приняла массовый характер. По-прежнему, одной из крайних форм протеста являлось абречество.

Об упорности и массовости горского крестьянского движения свидетельствуют события, развернувшиеся в 1900-1902 гг. в осетинском селении Дур-Дур, где крестьяне оказали дружное сопротивление помещикам Тугановым, у которых арендовали землю, и царской администрации, защищавшей землевладельцев. Не менее остро проходило выступление крестьян села Гизель Терской области весной 1902 г., известие о котором широко распространилось по России. Гизельское восстание из обычного столкновения с сельским старшиной вылилось в вооруженную борьбу со всей администрацией и общественным порядком и приняло массовый, всеобщий характер.

Не переставали волноваться из-за безземелья, нехватки пастбищ, всевластия администрации, непомерных налогов кабардинцы, балкарцы, жители Адыгеи и других мест. В 1900 г. в селении Кадар Темирханшуринского округа Дагестана произошло вооруженное столкновение крестьян с беком, захватившим их лучшие земли и заставлявшим их выполнять повинности. В 1904 г. крестьяне этого селения вновь отказались от выполнения повинностей. В 1903 г. раяты ряда селений Кагайто-Табасаранского округа отказались от несения натуральных повинностей, а жители села Янги Кент распахали часть земли Зубаир-бека Тарковского на площади в 160 десятин. Столкновения между крестьянами и беками происходили в Дагестане осенью 1904 г. В районе Дербента были вырублены бекские леса, чтобы на освободившейся земле распахать пашни и посадить сады. Борьба крестьян не была безрезультатной. По данным, приведенным в “Истории Дагестана”, крестьяне 27 селений с десятитысячным населением с 1883 по 1907 г. полностью или частично освободились от несения повинностей бекам, казне или другим сельским обществам.

 

 

Абречество в начале XX в.

В начале ХХ в. активизировалось абреческое движение. Исследователи А. И. Хасбулатов и А.К.Джанаев определили абречество, как разновидность крестьянского движения, направленного против социального и национального угнетения. Абреки выступали против произвола беков, князей, царской администрации, защищали бедных крестьян. Власти называли абреков разбойниками, бандитами, посылали против них карательные экспедиции.

Наибольшую известность получил последний в дореволюционный период абрек чеченец Зелимхан Гушмузукаев из сел. Хорочой (близ Ведено). Он начал свою борьбу в 1901 г. За его голову русская администрация назначила большую награду, которая все время росла на протяжении 13 лет, пока Зелимхан был неуловим для властей. В 1908 г. Зелимхан убил даже начальника Веденского округа Галаева .Целый ряд чеченских аулов были обложены большими штрафами за укрывательство абрека, несколько селений пострадало от карательных экспедиций, но никто из крестьян Зелимхана не выдал. Только лишь в 1913 г. нашелся предатель, который сообщил властям о его местонахождении. Тяжелобольного Землимхана окружили и убили около сел. Шали.

 

 

События в селе Гизель в 1902 г.

События 1902 г. в осетинском селе Гизель получили всероссийскую известность. Здесь местные жители обратились к начальнику Терской области с жалобой на притеснения со стороны старшины селения Кундухова., который самовольно увеличивал повинности крестьян и злоупотреблял своим положением. Русские власти объявили жалобу необоснованной и 28 апреля из Владикавказского округа прибыл начальник участка штабс-капитан Степанов. Однако его объяснения не устроили крестьян и возмущенные крестьяне выгнали участкового начальника. В тот же день штабс-капитан вернулся с отрядом казаков и стал арестовывать участников волнений. В ответ на это крестьяне ударили в колокол и начали собираться на площади. Всего на площадь вышли 300-400 чел. Когда Степанов приказал им разойтись и выстрелил в воздух крестьяне обезоружили его и избили. Казаки против горцев оружие не применили, сделав лишь несколько выстрелов в воздух. На следующий день, 29 апреля сотня казаков под командованием начальника Владикавказского округа Вырубова окружила селение и к 3 мая подавила восстание, арестовав 58 чел., в том числе руководителей восстания – учителей Уруйманова и Цаллагова.

 

 

Возникновение в крае революционных организаций

В условиях складывающейся в стране предреволюционной ситуации, роста выступлений рабочих и крестьян активизировалась и деятельность революционных организаций и партий.

К этому времени во многих городах Дона и Северного Кавказа имелись социал-демократические кружки и группы. Ведущая роль в социал-демократическом движении этого огромного региона принадлежала Донскому Комитету РСДРП, созданному в 1898 г. Большое влияние на Северном Кавказе имела Бакинская организация. В 1902-1903 гг. в городах и местностях Дона и Северного Кавказа, как грибы после дождя, росли социал-демократические кружки и группы. По данным Л.А. Карапетяна, накануне революции 1905-1907 гг. только на Кубани действовало около 20 сельских социал-демократических ячеек. Вместе с тем не следует преувеличивать их революционную деятельность в руководстве борьбой пролетариата. Несмотря на крупные выступления в ноябре 1902 г. - маре 1903 г и др., в целом рабочее движение в регионе не достигло размаха выступлений пролетариата южных городов России, в чем наряду с другими факторами сказывалась слабость самих социал-демократических организаций, которые не были еще достаточно оформлены, идейно и организационно укреплены и в ряде случаев отставали от размаха рабочего движения.

После раскола РСДРП в 1903 г. на большевиков и меньшевиков в ряде комитетов, в том числе Донском, в руководстве оказались меньшевики. На Северном Кавказе во второй половине 1903 г. и 1904 г. происходило организационное оформление социал-демократических групп, создаются объединенные комитеты – Кубанский и Терско-Дагестанский, в них входили большевики и меньшевики. Руководство в комитетах было меньшевистским.

Одной из крупных дореволюционных партий России явились эсеры. Оформление этой партии относится к 1902 г. На Дону и Северном Кавказе к тому времени также имелись небольшие, разрозненные группы социалистов-революционеров в Ростове, Таганроге, Новороссийске, Владикавказе и ряде других городов и сел, например, в Северной Осетии в селе Христиановском. Эсеровские группы иногда выпускали небольшое количество листовок, пытались участвовать в революционном движении трудящихся, например, в ноябрьских событиях 1902 г., но в целом их деятельность в регионе до революции 1905-1907 гг. была незначительной.

Широкий резонанс в стране приобрели выступления студентов и учащихся средних учебных заведений в ряде городов, в том числе в Ростове, Ставрополе, Владикавказе. По сообщению газеты “Искра”, в Ставрополе в ноябре 1901 г. и особенно в ноябре 1902 г. “происходило сильное брожение” в реальной и классической гимназии. Тогда же (в ноябре 1902 г.) на почве неудовлетворительных условий ... отвратительная пища и скверное обращение с учащимися” прошли волнения во Владикавказском реальном училище. За влияние на учащихся вели борьбу различные политические силы: социал-демократы, социалисты-революционеры, либералы.

Еще в начале X X в. в городах Дона - Ростове, Таганроге, Новочеркасске и др. - среди учащейся молодежи возникли революционные кружки, которые в 1902 г. по инициативе Донского комитета РСДРП объединились в “Южнорусскую группу учащихся средних школ”. К лету 1903 г. в Ростове насчитывалось до 30 кружков молодежи. “Южнорусская группа” также поддерживала связь с кружками учащихся 11 городов Юга страны.

 

 

Национальные партии на Дону и Северном Кавказе

В начале XX в. в регионе происходило также конституирование национальных партий и организаций, в основном левого, революционного толка.

Еще в 1890 г. в Тифлисе возникла армянская национальная партия неонароднического направления Дашнакцутюн (армянский революционный “Союз”), кружки и группы которой в начале XX в. оформились и на территории региона в местах проживания армян. Например, в Моздоке, Кизляре, Владикавказе, в некоторых кубанских городах и селах. Небольшие группы дашнаков были на Дону. В 1903 г. дашнаки выступили с массовыми протестами и против царского закона о конфискации имущества армянской церкви и закрытия армянских школ. Тогда же они объявили себя социалистической организацией.

По данным Л. А. Карапетяна в конце 1904 г. - начале 1905 г. в Армавире и Екатеринодаре возникли первые группы армянской политической партии “Гнчак” ( в переводе с армянского - “Колокол”), более активная деятельность которых развернулась в 1905 г.

В 1900 г. в Харькове образовалась Революционная Украинская партия (РУП), выступавшая за культурно-национальную автономию Украины в составе России. В 1901-1903 гг. на Кубани возникли кружки РУП. Их организаторами являлись активные деятели партии С.И.Эрастов, С.В.Петлюра, Г.Е.Ткаченко и др. Кружки РУП функционировали в Екатеринодаре, Армавире, ряде сельских местностей, они печатали на гектографе в довольно большом количестве листовки, обращения и распространяли среди населения. В результате арестов деятельность РУП в конце 1903 - 1904 г. очень ослабла, сократилась численность ее организаций.

В первые годы XX в. в городах региона создавались кружки и группы различных по направлению еврейских организаций: Бунд ( до 1903 г. входил в РСДРП), “Паолей-Цион” (“Рабочие Сиона”) - организация “пролетарского сионизма”, СЕРП - Социалистическая еврейская рабочая партия неонароднического характера. Группы и кружки этих партий были малочисленны, их деятельность крайне ограничена, и тем не менее они упоминались в ежегодных отчетах жандармских управлений.

 

 

Либеральное и черносотенное движение на Дону и Северном Кавказе в начале XX в.

Оживление либерального движения накануне революции 1905-1907 гг. было связано с банкетной кампанией, которая проводилась по решению 2-го съезда “Союза освобождения” по случаю 40 летнего юбилея судебной реформы. Целью банкетной кампании являлось привлечение внимания правительства к необходимости проведения новых политических реформ. В 34 городах страны либералы провели около 120 собраний, на которых присутствовало до 50 тысяч человек.

Банкеты организовывались и в городах Дона и Северного Кавказа. В них принимали участие меньшевики, которые часто приводили с собой рабочих. Большевики, напротив, отрицательно относились к банкетной кампании, критиковали ее.

5-го декабря 1904 г. в Ростовском коммерческом клубе состоялся банкет местной присяжной адвокатуры. Здесь же присутствовали меньшевики и небольшая группа рабочих. С речью от либералов выступил С. Сватиков, закончивший ее призывом единения либералов и социал-демократии. 11 декабря на банкет в Екатеринодаре собралось до 200 человек представителей от либералов и меньшевиков. Приглашенные рабочие, в ответ на речи либералов, их требования конституционной монархии, равных выборов выкрикнули: “Долой царя!”, “Да здравствует демократическая республика!” На банкетах в Пятигорске составлялись петиционные телеграммы на имя министра внутренних дел.

Картина общественного и политического подъема была бы неполной, если не упомянуть о существовании еще в первые годы XX в. в городах региона отдельных разрозненных групп черносотенцев. Часть их принадлежала к “Русскому собранию” – одной из первых правых организаций, возникшей в С.-Петербурге в конце 1900 г. и имевшей отделения в ряде южнороссийских городов. В адресе Николаю II от 31 декабря 1903 г. представители “Русского собрания” заявляли, что Россия должна строиться на основах православия, самодержавия и народности, на укреплении русского духа. Они отрыто выступали против растущего революционного движения с этой целью создавали дружины. Кроме последовательного монархизма, черносотенцев отличал крайний антисемитизм, они уже тогда являлись организаторами еврейских погромов.